Авторы о себе

Силия и вода из родного дома

 

Силия и вода из родного дома (литературный перевод-пересказ на русский язык)

Разрешите представиться: Брамбл. Ну, да – я собака. Ловлю зубами блох, иногда от скуки пугаю нахальных кошек. Не лаю, зачем лаять? Я по-человечески говорить умею.
Что же вы испугались, разве не знаете, что в хороших дружных семьях собаки разговаривают? Проходите, присаживайтесь сюда, на скамейку у крыльца, отдохните. Добрых людей я с ходу узнаю…

Мне говорят: не те манеры, мол, сварлив, ленив, строг не в меру. О манерах не спорю: в благородном пансионе не жил, получил домашнее воспитание, уж какое есть. Поворчать могу, люди тоже к старости становятся ворчливыми. А я – старый пёс, повод для недовольства всегда найдётся. Да, немолод, но не думайте, сил у меня ещё ого-го! Правда, тратить их впустую, без пользы нет никакого желания, лучше поспать, если представится случай. Но когда нужно… Тут недавно у нас история случилась, могу рассказать, если не спешите.

Моя хозяйка Мара родилась и выросла в небольшой деревне, довольно далеко отсюда. Был у Мары любимый муж, малютка дочь и большая лохматая собака. Но пришла страшная война и всё отняла. Не стало у Мары мужа, пришлось ей бежать из родного дома с малюткой дочерью и со мной. Вы ведь уже поняли, что большая лохматая собака это я – Брамбл? В этом селе нас приютила добрая одинокая старая женщина. Умирая, она оставила Маре в наследство этот маленький домик, здесь состарился я, и выросла дочь Мары Силия. Прелестная девочка, добрая, смелая. Обо мне заботится, матери помогает по хозяйству. Никогда не унывает. Неизбалованная, нет, счастлива тем немногим, что имеет.

Всё бы хорошо, да Мара часто грустит, вспоминает своё детство, юность, счастливую жизнь с мужем в родном селе, и тогда слёзы текут у неё из глаз...
Силия ни о чём не спрашивает, умница, а как увидит, что мать загрустила, начинает играть на флейте весёлую мелодию, или песню запоёт, а Мара послушает, подхватит, и слёзы сразу высыхают. А я с ними рядом – всё слышу, всё вижу, всё понимаю, от злых людей охраняю. Так и живём.

Но случилось однажды несчастье: Мара сильно простудилась и заболела. И хотя Силия окружила мать вниманием и заботой, давала ей лекарство, поила чаем с малиной и мёдом, укрывала тёплым одеялом, чтобы согреть – ничего не помогало. Мара металась в бреду, лихорадка усилилась так, что она стала с трудом узнавать свою дочь. Силия была близка к отчаянию.

– Брамбл, милый, – плакала она, – что мне делать?
Я и сам не знал, что делать, но не мог показать этого Силии. И пожалеть не мог – совсем раскиснет девчонка, руки опустит. Вот и нарочно нагрубил ей:
– Лучше всего, если ты замолчишь и дашь честной собаке поспать. Хватит сырость разводить! Думай, соображай,¬ ты же человек, а я всего лишь невоспитанный ленивый пёс.

Слёзы у Силии мгновенно высохли. Зная мой скверный характер, девочка не обиделась. К тому же она очень переживала за мать. И тут Мара вдруг заговорила. Это был, конечно, бред, но бред со значением:
– Ах, если бы я только могла выпить воды из колодца моего детства… Я бы выздоровела, моя жизнь была бы спасена…

Если бы Мара была в сознании, она ни за что не сказала бы этих слов. Только она и я знаем, каков он, этот путь до нашей родной деревни! А в бреду она продолжала говорить о сладкой воде из колодца, пока речь её не стала совсем бессвязной. Услышав слова о целебной воде, храбрая девочка сразу решила отправиться на поиски волшебного колодца и стала допытываться у матери, где она жила раньше, как добраться до её деревни. Но Мара впала в беспамятство и уже не слышала дочь.

Я делал вид, что сплю, но одним глазом подсматривал за Силией.
– Брамбл, ты ведь должен знать дорогу к деревне моей мамы? – догадалась девочка. – Это и твоя родная деревня. Расскажи, как туда добраться?
Ну конечно, я знал, как не знать дорогу до деревни, где родился сам? Я помнил всё, что с нами было, когда мы с хозяйкой убегали от войны, добирались до этого места. Меня даже бросило в дрожь.
– Что я слышу? Ты собираешься путешествовать в одиночку, не имея представления о дороге?
– Брамбл, я не могу поступить иначе, – отвечала Силия. – Если я не принесу целебной воды из колодца, моя мама умрёт.
Мог ли я отпустить в опасный путь храбрую девочку одну? Нет и ещё раз – нет:
– Тысяча свирепых блох! Догадываюсь, это значит, я должен отправиться в путь вместе с тобой… – И я с сожалением покинул своё тёплое место.
Силия обрадовалась, что пойдёт не одна, будет иметь в дороге товарища, даже такого ворчливого, как я. Она благодарно обняла меня, а я неожиданно для себя растрогался и лизнул её в нос.

Сборы были недолгими. Силия достала стеклянную бутылку с пробкой и привязала к своему поясу. Уложила в небольшую корзинку хлеб с сыром, чтобы подкрепиться в дороге, и оставила еды и питья на столе рядом с постелью больной матери.

Стояла ранняя весна. Чтобы защититься от холодного весеннего ветра у Силии не было тёплой одежды, и она закуталась в плащ Мары. Постояла, подумала, зачем-то сунула за пояс флейту и, наклонившись к матери, шепнула:
– Я принесу сладкой колодезной воды твоего детства, мама. Со мной пойдёт Брамбл – самый надёжный на свете пёс. Я скоро вернусь.

Я был горд: «самый надёжный пёс» – лучше не скажешь!
Утро было в разгаре, когда мы вышли из дома. Солнце поднялось высоко, и запах молодых листьев и диких цветов наполнял весенний воздух.
– Чудесный день, – заметила Силия.
– Да, неплохое начало, – проворчал я, – но чудеса ещё впереди.
Бодрым шагом мы отправились в путь по узкой тропинке и через некоторое время оказались на опушке дремучего леса. Деревья в лесу росли так близко друг к другу, что даже в полдень солнечные лучи с трудом проникали сквозь переплетённые ветви. Остановившись на мгновение, Силия решительно двинулась вперёд. Девочке не хотелось, чтобы я вообразил, будто уверенность покидает её.

И вдруг, после нескольких шагов, раздался громкий вопль, такой пронзительный, что, казалось, от этого листья должны были сорваться с веток деревьев.
– Что это?! – Силия даже присела от неожиданности.
Но я-то, мои дорогие, знал, в чём дело, и только шевельнул одним ухом.
– Дикие кошки или злые лесные духи, – небрежно заметил я, – если, конечно, это не дикое дитя леса.
– Если это и в самом деле чей-то ребёнок, – спокойно ответила Силия, – мне всё равно, дикий он или домашний. Я его не боюсь.

И тут из-за деревьев прямо перед нами выскочило кривляющееся существо, похожее на мальчишку. Это и был мальчишка, но какой же грязный! Его давно не мытые и не чёсаные волосы торчали во все стороны, и он, не переставая, кричал, что было сил, и бил кулаками себя в грудь.
Силия трижды глубоко вздохнула и когда мальчишка, всё же, вынужден был сделать передышку, заговорила с ним тоном взрослой воспитательницы.
– Малыш, – приветливо обратилась она к дикарю, – неужели ты не знаешь, что так встречать гостей просто невежливо? Конечно, мы пришли сюда без спроса, но Брамбл и я никому не желаем зла. Если ты расскажешь нам, что случилось, может быть, мы сумеем тебе помочь.
В ответ дикарь только зарычал и царапнул воздух длинными грязными ногтями.
– Ну, ну! – Храбрая девочка старалась обращаться с ним, как мама, хотя мальчик на вид был лишь немного моложе её. – Ты, наверно, голоден? У нас есть кое-что из еды, и мы как раз собирались перекусить, правда, Брамбл? Если ты будешь вести себя прилично, мы поделимся с тобой, тем, что у нас есть.

Дикарь был изумлён. Никто и никогда до этого не разговаривал с ним так по-доброму. Другие люди, которых он встречал в лесу, увидев его, в лучшем случае убегали со всех ног как можно дальше. Мальчик уселся на землю и хлопнул по ней грязной ладошкой. «Прощай, наш обед» – подумал я. Так и случилось. Силия отдала сыр и почти весь хлеб маленькому дикарю, который набросился на еду с жадностью, запихивая куски в рот грязными руками, и съел всё, не заботясь о приличиях.

Закончив есть, он, наконец, заговорил. Но вместо слов благодарности мы услышали:
– Если будете возвращаться этой дорогой, не забудьте остановиться и сказать мне «здравствуй».
Силия обещала. А я подумал, что это совсем ни к чему, ведь от нашего обеда почти ничего не осталось.

Выйдя из леса на другой его стороне, я понял, что проголодался и не отказался бы передохнуть и съесть остатки нашего хлеба, но остановить Силию было невозможно. Она рвалась вперёд и только вперёд, пока не увидела, что впереди раскинулась водная гладь.
– Дождливые дни и колючий репей, – проворчал я. – Совсем забыл про это зелёное озеро.
– Брамбл, тише, – сказала Силия, – слушай!
До нас донеслись странные звуки. Кто-то плакал, плакал так, что от этого сердце разрывалось на части. Мы подошли к берегу озера и увидели небольшую лодку и в лодке женщину, которая тяжко рыдала, и слёзы струились по её щекам, так что она не успевала их вытирать.
Я вздохнул:
– Должно быть, старею, как мог я забыть об этой несчастной женщине?!

Я уже говорил, что Силия была доброй девочкой, ей стало жалко женщину. Но, догадываюсь, она сразу сообразила, как пригодилась бы нам в тот момент лодка.
– Милая дама, – обратилась Силия к женщине, – почему вы так страдаете?
Глаза женщины широко раскрылись от удивления. Никого из встреченных ею до сих пор это не интересовало. Обычно люди, взглянув на неё, принимали за сумасшедшую и отправлялись в обход озера пешком.

– Я замёрзла на этом ужасном ветру, – ответила она.– И мне не только холодно, но и одиноко, в целом мире у меня нет друга, не с кем даже поговорить…
– Да ведь это как раз то, что я могу вам предложить! – воскликнула Силия. – Элегантный тёплый плащ и… – тут она бросила на меня суровый взгляд, – два приятных спутника, готовых вместе с вами пересечь озеро в этой славной лодке, поговорить о том, о сём. Я могу рассказать вам нечто интересное.
«Ох, и хитрющая это девчонка, – подумал я, – молодец, Силия!» Женщина приняла от Силии плащ Мары, укуталась в него и пригласила нас в лодку. Я был несказанно рад уберечь свои лапы от длинного пути вдоль скалистого берега.

Всю дорогу Силия болтала без умолку, а женщина, согревшаяся под плащом, с интересом слушала её и приветливо улыбалась. К тому времени, когда мы переправились на другую сторону озера, она уже не выглядела несчастной.
Женщина осталась в лодке, а Силия и я вышли на усыпанный камнями берег, который заканчивался полосой валунов.
– Спасибо вам, – крикнула лодочница на прощанье. – Не забудьте снова позвать меня, когда будете возвращаться.
– И вам спасибо! Мы будем счастливы вновь встретить вас, – ответила Силия, а я промолчал.

Двигаясь дальше, Силия впереди – я за ней, мы приблизились к валунам. За ними возвышались скалы, а дальше, о боже – вздымалась гора! Силия в отчаянии оглянулась на меня.
– Горячие носы и обмороженные ноги, – забормотал я. – Старый пёс забыл о горе…

– Кто осмелился высадиться на мой берег? – раздался громоподобный гневный голос.
Силия подняла глаза. Перед ней на склоне горы стоял разъярённый великан. Он размахивал огромным топором так, словно хотел швырнуть его прямо в девочку.
– Боже мой, вы так сердиты, – сказала она, и голос её слегка дрожал.
– Ещё я забыл про бешеного Человека-Гору… – едва слышно прошептал я.
– Знаете, что успокаивает меня, когда я бываю не в духе? – обратилась Силия к великану, становясь храбрее с каждым словом. – Музыка! Вы позволите мне сыграть для вас?
Не ожидая ответа, девочка вынула из-за пояса флейту и стала играть. Надо сказать, у воды музыка звучит ещё прекрасней, чем в закрытой комнате, и даже меня мелодия тронула до слёз.

Свирепый Человек-Гора слушал, склонив голову. Скоро он выпустил из руки топор. Наконец, сел на скалу, и скоро гримаса зла и ярости исчезла с его лица. Когда Силия перестала играть, великан выглядел таким грустным, что она взобралась на валун и подала ему флейту.
– Это вам от меня, – сказала она, – теперь вы сможете играть, когда захотите.
– Но я не умею играть. Ты не могла бы задержаться, чтобы научить меня хотя бы одной мелодии? – спросил великан.
– Ну, если только не надолго, – ответила Силия. – Я ужасно спешу. Мне нужно достать целебной воды из колодца в деревне, там, за горой, и принести домой маме, чтобы спасти её жизнь.
– Тогда я перенесу тебя через гору, – сказал великан, – а ты будешь учить меня по дороге.
Мы двинулись вперёд. Сидя на плече великана, Силия играла весёлый марш, а великан громко смеялся и легко поднимался в гору. Но для собаки путь был нелёгким. Я едва поспевал за ними, взбираясь на валуны и скалы. Человеку-Горе ничего не стоило посадить и меня к себе на другое плечо, но он не сделал даже попытки проявить ко мне малейшее сострадание.
– Собачья жизнь, – громко жаловался я, надеясь, что меня услышат, – Ушные клещи и чертополохи на спине…

Скоро мы достигли вершины горы, и великан присел отдохнуть. Силия показала ему, куда дуть и как переставлять пальцы на флейте, а когда двинулись дальше, при спуске в долину крепко держалась за его волосы, чтобы дать возможность Человеку-Горе поупражняться в игре. Удивительное дело: его грубые пальцы легко передвигались по тонкой флейте, а толстые губы выдували нужную мелодию!
Спустившись с горы, великан осторожно снял девочку с плеча и поставил её на ноги. Потом сыграл марш, который до этого играла Силия, и она захлопала в ладоши: «Ты молодец, Человек-Гора!», а ободрённый успехом великан сыграл ещё одну, уже свою, неизвестную нам мелодию. Силия оказалась замечательным учителем.
– Позови меня, когда будешь возвращаться, – сказал великан, – и я снова перенесу тебя через гору.
Силия поблагодарила его и охотно обещала это сделать, а я опять промолчал…

Родную деревню я заметил издалека, не выдержал и с лаем помчался вперёд. И Силия, когда поняла, что деревня, которую мы разыскивали, лежит прямо перед нами, забыла и голод, и холод, и усталость и помчалась вперёд, с трудом поспевая за мной. Теперь её интересовал только колодец посреди площади.
– Он там, Брамбл, – закричала она, – колодец со сладкой водой маминого детства!

Её крик эхом отозвался на пустой улице. Между булыжниками на дороге росла трава. Дома имели жалкий вид, у одних обрушились стены, у других провалились крыши, третьи совсем развалились. И ни единой души! Деревня оказалась давно заброшенной.
– Не беда, – с прежней уверенностью сказала Силия. – Нам нужна всего лишь бутылочка воды. Я уверена, вода в колодце осталась.
Она заглянула через край колодца внутрь. Там была чернота. Ухватив зубами камешек, я бросил его вниз. Мы затихли, прислушиваясь, пока, наконец, далеко внизу не раздался тихий всплеск.
– Ура! – закричала Силия. – Вода есть!
– Да, есть… Боюсь, девочка, это крушение надежд, – не разделил я её радости. – Вода есть, но нет ведра, чтобы её достать.
На вороте колодца висла только потрёпанная верёвка, а ведро или бадью кто-то унёс. Не говоря ни слова, Силия вскарабкалась на край колодца и обвязала верёвку вокруг пояса.
– Теперь, Брамбл, – сказала она, – ты должен осторожно опустить меня вниз. Когда я крикну, удерживай ворот, дай мне время наполнить бутылку, а потом медленно крути в обратную сторону, пока не поднимешь меня. Понял?

Силия трепетала внутри, но внешне была твёрдой, как железо. Она зашла слишком далеко, чтобы позволить чему-нибудь себя остановить. Понять-то я понял, но что если ворот заклинит? Что если верёвка оборвётся? И хотя план мне решительно не нравился, пришлось согласиться – ничего лучше я предложить не мог.

Головой вниз спускалась Силия в тёмную глубину колодца. Она не могла видеть воду, но знала, что она есть, надеялась, что она исцелит её мать, и это придавало ей мужества. Наконец, она ощутила вытянутой рукой прохладу воды.
– Стоп! – крикнула она мне, и я своими крепкими сильными лапами удерживал колесо ворота пока Силия набирала воду и надёжно закупоривала бутылку пробкой.
– Набрала! – услышал я. – Поднимай!
Перебирая лапами, я крутил ржавый ворот, не смея дышать, пока драгоценный груз не был в сохранности доставлен наверх.
– Ну, как, – спросила Силия, – было очень тяжело?
– Мои лапы не подвели, сердце выдержало, – хрюкнул я. – Но твой пёс слишком стар для таких приключений.
Своим шершавым красным языком я облизал грязное лицо Силии.

Обратный путь оказался быстрее. Добрый великан перенёс Силию через гору и всю дорогу играл на флейте. И даже я, усталый и голодный, затаивший обиду на Человека-Гору пёс, не мог не признать, что получалось это у него здорово. Женщина-лодочница, больше не несчастная, перевезла нас в лодке через озеро и пожелала удачи и всего самого доброго.
Маленький дикарь за время нашего путешествия, похоже, успел выкупаться в озере, и уже не был таким грязным. Он весело прокричал нам: «Привет! Привет! Здравствуйте-е-е!» и сопровождал нас всю дорогу, перескакивая по веткам деревьев где-то над нами, пока мы не вышли из дремучего леса.
Силия смеялась, я помалкивал, а птицы пели не умолкая.

Когда они увидели родной дом, Силия рванулась к нему.
– Вот мы и дома! – закричала она, выдёргивая драгоценную бутылку из-за пояса. – Крепись, мама, я принесла тебе сладкой целебной воды из колодца твоего детства!
– Не «принесла», а «несу», – поправил я девочку. – Пока мы не дошли, путешествие не окончено.
И как я оказался прав! В спешке Силия споткнулась на ступенях крыльца, бутылка выскользнула из её руки, упала на камень и разбилась. Бесценная вода выплеснулась на землю. Силия не могла этого вынести. Она вбежала в дом и бросилась к матери.
– Ах, мама, я подвела тебя! – выкрикнула Силия. – Как я могла быть такой неосторожной! Как я могла быть такой бестолковой!
Бедная Силия чувствовала себя в этот момент такой же дикой, как ребёнок из леса, такой же разгневанной, как великан и, ах, друзья мои, гораздо более несчастной, чем женщина на озере! Силия рыдала так, словно её сердце разбилось на тысячи осколков, её слёзы стекали по щекам подобно водопаду и падали на безжизненное лицо матери.

И в этот момент бледные губы матери разомкнулись. Кончиком языка она слизнула слезинку, упавшую ей на лицо. Медленно улыбнулась.
– Какая сладкая вода, – прошептала Мара, открывая глаза. – Это та самая вода из колодца, которую я помню с детства. И ты, моя дорогая доченька, принесла мне её.

Вот и вся история, мои терпеливые слушатели, хотите верьте, хотите – нет. Надеюсь, вы отдохнули, и старый пёс Брамбл не очень надоел вам своей болтовнёй.
А вот и вернулись мои дорогие хозяйки – мама и дочка, я уже слышу их шаги…

Комментарии (0)

Здесь не опубликовано еще ни одного комментария

Оставьте свой комментарий

Опубликовать комментарий как Гость. Зарегистрируйтесь или Войдите в свой аккаунт.
Вложения (0 / 3)
Поделитесь своим местоположением

Добавить комментарий

Ваше мнение должно быть или доброжелательным, или никаким!
Если автор произведения не желает получать комментарии или прекратить дальнейшее обсуждение, он должен после текста произведения добавить следующую фразу: {jcomments lock}


Защитный код
Обновить

Детский календарь

Официальный портал Международного творческого объединения детских авторов " Дети Книги " © 2008
Все материалы опубликованные на портале "Дети книги" защищены авторским правом. Любые перепечатки только после согласования с администрацией и при условии ссылки на данный ресурс.
Логотип МТО ДА - автор Валентина Черняева, Логотип "Дети книги" - автор Елена Арсенина
 
Яндекс.Метрика